СУХОВЕЦКИЙ Алексей Николаевич


Народный художник РФ, Член-корреспондент А.Н.Суховецкий
Живописец.

Родился 29. 04.1953 в Москве. Живёт и работает в Москве. 

Окончил Московский Государственный Академический художественный институт им. В.И. Сурикова, факультет живописи, мастерская В.Г. Цыплакова (1978).  

Член-корреспондент Российской академии художеств (2009). Академик Российской академии художеств (ОТделение живописи, 2018).Член бюро отделения живописи РАХ (2010).

Секретарь ВТОО «СХР».  Член Союза художников СССР (1983).Член РОО «МСХ» (1992).  
Народный художник  РФ (2007). 

Основные работы: «Осенний интерьер» (Х., м. 1992), «Интерьер с портретами VIII века» (Х., м. 1992). «Москва. Бородинский мост» (Х., м. 1997). «Колесница Аполлона» (Х., м. 2002). «Москва. 2005» (Х., м. 2005). «Дом с ирисами» (Х., м. 2007). «Старая фабрика» (Х., м. 2007). «Над Девичьим полем» (Х., м. 2008). «Натюрморт с дубовой веткой» (Х., м. 2009). «Зима на Москве-реке»  (Х., м. 2010). «Плотина» (Х., м. 2011), «Над зимним городом» г. (Х., м. 2012).  «Огни Москвы» (Х., м. 2013). «Мост» (Х., м. 2013). 

Преподает в МГАХИ им. В.И. Сурикова, профессор (2008). 

Член-корреспондент   Петровской  академии наук и искусств (2004). Академик  Международной академии культуры и искусства (2010). Секретарь ВТОО «СХР», член правлении РОО «МСХ», член правления ТЖ «МСХ» 

Награды: медаль в честь 850-летия Москвы (1997).  Премия г. Москвы в области литературы и искусства (2009). Золотая Пушкинская медаль Конфедерации творческих союзов (1999).   Премия Союза художников России по живописи им. А.М. Грицая (2002).  Премия по живописи им. Н.П. Крымова Товарищества живописцев Московского  Союза художников (2004). Золотой орден «Служение искусству» Международной академии культуры и искусства (2008)  Медаль РОО «МСХ» «За вклад в изобразительное искусство» (2009). Премия им. П.П. Кончаловского ТЖ «МСХ» (2013). Золотая медаль им. В.И. Сурикова ВТОО «СХР» (2013). Серебряная медаль РАХ (2004).  Медаль РАХ «Шувалов» (2010).  Золотая медаль РАХ (2012) Медаль «Достойному» РАХ (2016г.)
  
Работы представлены в Белгородском государственном художественном музее, Ульяновском областном художественном музее, Тюменском областном музее изобразительных искусств, Национальном музее республики Бурятия, Красноярском художественном музее имени В.И. Сурикова, Валуйском историко-художественном музее, Мемориальном музее военного и трудового подвига 1941-1945 гг. (г. Саранск, Мордовия), Козьмодемьянском культурно-историческом музейном комплексе (республика Марий Эл), Вятском художественном музее им. В.М. и А.М. Васнецовых, Калининградском областном музее «Художественная галерея», галерее «Арт-Прима», музее «Арбат Престиж», «Институте русского реалистического искусства», собрании Министерства культуры РФ («Росизо»), собрании МКСХ, Королевской галерее изобразительных искусств (Амман, Иордания), Государственном музее г. Хэйхэ (КНР). 






«Мир мастерской» - так без излишеств, просто определил суть своей выставки Алексей Николаевич Суховецкий, решивший приоткрыть завесу, показав томившиеся на стеллажах этюды, скрывавшиеся в папках рисунки и эскизы – все те лабораторные экзерции, что предваряют появление картин-ораторий, не единожды становившихся замковыми камнями крупнейших российских и московских экспозиций. Суховецкий носитель вымирающей культуры многотрудного поиска и обретения итоговой композиционности. Такое отношение к профессии воспитано почтением к наследию А.А. Иванова и В.И. Сурикова, в своё время не предполагавших, что их скрытные опыты не утратят значимости рядом с грандиозностью картин, помогут понять природу становления большой формы. 

Порой, оказавшись в малознакомом доме, достаточно поинтересоваться корешками книг в библиотеке, чтобы ощутить родство или отчуждение к хозяевам. Нечто подобное происходит, когда видишь «подготовительные материалы» художника, раскодирующие его привязанности, культурное родословие, предупреждающие о законах, по которым следует судить и ценить авторскую необычность. На стенах мастерской Суховецкого соседствуют сохранившиеся со студенческой, суриковской поры копии из Третьяковской галереи и Пушкинского музея. 

Суховецкий подлинный «человек культуры», многое принявший из её наследия, настроивший на традиции собственный безукоризненный вкус, отобравший из уже состоявшейся безбрежности лично ему близкие и необходимые стилистики – ампир, сезанизм, модерн, плоды русского «серебряного века». Очевидно, что в прошлом его интересуют почти картезиански выверенные направления, усмиряющие стихию, приводящие её в одухотворённую норму. Как ни поражайся умной организованности холстов автора, их неразгадываемость кроется в магии дотоле не существовавших колористических гармоний. Суховецкого-художника позволительно уподобить алхимику, в стремлении за ускользающим окончательным совершенством перемешивающим, соединяющим в лабораторном сосуде редкостные цветовые составы, избегающие назывной тюбичной скудости, составы, не поддающиеся однозначной фиксации, воздействующие на восприятие микронными дозами и потому неповторимо подвластные лишь сотворившему их мастеру. 

Живописная партитура холстов Суховецкого, сторожащаяся драматических тональных контрастов, с тонкой и точной срединной колористической балансировкой, с парадоксальными цветовыми аккордами, требует особого исполнительского мастерства, бегущего внешней эффектности. Цветовой рельеф укрепляет поверхность холста, уподобляя её фреске или гобелену, радует минорной выдержанностью, оживляемой вкрапленными цветовыми драгоценностями. Экспериментировать художник предпочитает со «старыми», не исчерпавшими свои возможности, натуральными пигментами, добиваясь полнозвучия за счёт сложности подчинённых отношений, а не через искусственно-агрессивную, химически-выведенную крашенность. 

Не уступают колористическим экспериментам сложные композиционные исследования, о чём свидетельствуют произведения «средней формы» (прежде всего, натюрморты) – своего рода трансмиссия между этюдами-эскизами и фирменными «большими картинами». Автору, очевидно, в радость синкопировать ритмы своей работы, переходя от камерности к симфонизму. 

Понимая невозможность словом разъяснять безмолвную живопись, искусственно выделяя интеллектуальность творчества Суховецкого, тут же напоминаешь, что он подлинный мастер «московской школы» - школы живого, интуитивного чувства, что он художник par-exellense, современный апологет «чистого», сторонящегося идеократической однозначности искусства, своего рода «александриец» среди хаотичной современности. Объединяя противоположности чувства и рассудка, художник Суховецкий обрекает себя на одинокость, при всей внешней благожелательной открытости. Эта аристократическая одинокость нормы и достоинства, не отрицающих, но сторонящихся безвкусия и аффектации, скрывающаяся в «мастерскую алхимика» для продолжения поисков кажущейся обречённой на исчезновение гармонии. 

Сергей Гавриляченко





Возврат к списку

версия для печати